В нашей стране в различных регионах за последние 10 лет сформировалось достаточно много коммерческих дропзон (ДЗ). Все они в основе своей работают по обычным законам бизнеса — получение прибыли при минимально возможных издержках. На государственных аэродромах очень часто еще работает логика временщика-начальника. До обеда думает — что украсть, после — как. Это несколько усложняет, но принципиально не меняет ситуацию.
Как ни парадоксально и ни цинично, и чтобы не говорили о «патриотизме и любви к парашютному спорту» владельцы и руководители ДЗ, все они работают по этому закону. Поэтому любой парашютист, студент АФФ, или имеющий какой то опыт за спиной, является по сути обычным клиентом, платящим за предоставление услуги дропзоны.
Все вы, как обычные клиенты, по разным признакам выбираете для себя наиболее любимые магазины, рестораны, театры, клубы, по набору каких-то конкретных признаков, каждый для себя. Дропзона, по сути своей, ничем не отличается от всего названного. Я обнаруживал эти признаки, смотря на ДЗ глазами обычного клиента.
Итак, Вы решили прыгать с парашютом, как новичок, или как опытный парашютист. Это не важно. Все равно, всю информацию о месте, где Вы хотите прыгать, Вы почерпнете от друзей, или в интернете... Все, выбор сделан, Вы едете.
Войдя на любую ДЗ, Вас всегда направят к оператору манифеста, и, как ни странно, лицо этого человека полностью характеризует состояние дел и дисциплины на аэродроме. Если перед Вами сидит девушка с сигаретой в зубах, — не прыгайте здесь!!! У руководителя не хватает мозгов даже на то, чтобы своего сотрудника заставить соблюдать элементарные этические нормы, а о нормах безопасности системы: инструктора — летно-технический персонал — авиатехника, не может быть и речи! Если перед Вами в роли оператора манифеста появляется уже не молодой, неряшливо одетый в замызганном камуфляже руководитель ДЗ, — не прыгайте здесь!!! У этого хозяина ДЗ автомобиль выпуска 70-80-х годов прошлого века, потрепанного вида и с не вычищенной пепельницей. А если это так, — значит на безопасную эксплуатацию авиатехники — тем более денег нет.
Думаю, те, кто ездил по разным ДЗ, узнали эти лица и эти аэродромы!
Теперь о сложном. Понятно, что состояние воздушного судна (ВС) чисто визуально определить очень трудно. Но два простых способа сделать это все-таки есть.
Первый: все ВС по классу эксплуатируемые на ДЗ, имеют стандартную 50-часовую форму регламентных работ. По тем объемам, что делается в нашем Московском регионе в разгар сезона — это период от 2-х недель до 2-х месяцев. Для любых ВС в эту форму входит помывка ВС с моющими средствами. Так вот, если в течении этого времени ВС никто на ДЗ не мыл, — значит форму регламента не делали. Более тяжелые формы не делали тем более — они значительно дороже. Дальше выводы делайте сами, но помните, что самолет и вертолет — не машины, на обочину в нужный момент не съедут и не остановятся.
Второй сложнее. Возможен только в сравнении, по уровню вибрации. Многие помнят тот вертолет, в котором тряслись зубы. Слава богу, что он уже стоит, хотя некоторые смельчаки даже его недавно поднимали в воздух с людьми. Его бортовой №11.
Так вот, если ВС некомфортно с точки зрения вибрации, или неестественного шума, — не прыгайте с него!!!
Немного о персонале, хотя главные фигуры на ДЗ мы уже описали. Не бывает у человека такого: один ботинок новый, начищен до блеска, а другой грязный, неопрятный и стоптанный. Так и в жизни: если руководитель пьет «по-черному», то руководители полетов, летчики, техники ему в этом большие помощники. Если он появляется в воскресенье в середине дня с помятым лицом, — то он пил вчера всю ночь, а утром и днем — отсыпался. Можете не сомневаться в том, что все его подчиненные с утра уже похмелились, в том числе и руководитель полетов.
Люди, с кем я прыгал в 1998-99г.г. — помнят эту ДЗ и не прыгают там с тех времен. Молодежь, вы зря прыгаете там!!! С тех пор там ничего не изменилось.
Наблюдения со стороны показывают, что особенно опасны на должности директоров аэродромов танкисты, замполиты ВДВ и бывшие директора лесопилок.
